Да-да, наконец-то я его посмотрела.

Когда хочется описать своё впечатление, до критики и отзывов. И первое слово, которое приходит на ум - гениальный. Я так давно не смотрела фильмов, которые бы имели полное право так называться. Фильмов совершенных, в каждом создаваемом режиссером пласте, в работе оператора, в мимике и движениях актеров, когда удивительная поэтичность отснятого материала настроена и звучит в унисон. Фильм, такой легкий для просмотра - и такой глубинный в притче-повествовании.

Вопросы, вопросы, вопросы. Столько знакомых фраз, звучащих вовсе не избито, а юно, как на заре времен, когда только устанавливались законы-нарушения, кара-расплата, воздаяние, преступление.

Я вижу, как легко узнать в философском пласте себя, других, всех. И - да, каждый считает себя хорошим человеком. И - да, мы любим себя оправдывать, представляя происшествия и наши поступки в выгодном свете. И мы безупречно предохраняемся от того, что, как знаем, дурно и заслуживает презрения и разочарования - мы забываем, как всё было, что нами двигало, мы с легкостью сочиняем новую историю и уверуем в нее, как спасение. Ибо все люди слабы, а кто достаточно силен, чтобы взглянуть на свою жизнь, на свою подлость, на свою трусость, на потерю чести и достоинства, и признать их, и не сломаться?? И где она, чистая вера, при всём нашем знании, когда мы не хотим начинать с себя. И где граница наших прекрасных чувств, не защищенных от изменения и гибели ввиду обстоятельств? Фильм ставит все эти вопросы и не только, в этой гениальной постановке, в этом животрепещущем человеческом треугольнике, когда достаточно двух мужчин и женщины, да еще одного наблюдателя.

Тема врожденных страстей: разбойника-"охотника", испытывающего неудержимое животное влечение первобытного существа; женщины, стремящейся отдаться сильнейшему и требующей страстей во своё имя, безупречно знающей, инстинктом, на какие рычаги нужно давить; мужчины-"мужа", оскорбленного, и во имя своих принципов, всего, что кажется ему "непростительным", готового без сожаления растоптать то, что якобы ему было пусть дороже всего на свете. И они знают, что есть за что презирать друг друга. Но не могут признать... Между смертеподобным ужасом посмотреть на себяглазами другого и трусостью они выбирают ложь.

"Раньше на земле жили демоны, но люди изгнали их". Приходящие к Расемон, что вы там оставляете, чт оочередное вы губите. Вот испытание на мировоззрение, вот проверка, пессимист ты, циник, или в чем-то ещё святой, не считающий мир адом, способный надеяться на людей, доверять, не содрогаясь. Какие шаткие опоры, но как вечно они стоят. В наших проступках, как мы жаждем найти сострадание. В падении, как желаем ухватиться за понимание. Как всё это становится постепенно просто, понятно и близко. И - как же лента гениальна.

Этот фильм можно сравнить с Шекспиром. И вообще, Куросава у меня часто отождествляется с гениальнейшим писателем Запада всех времен. Если разбирать, почему каждый солгал именно так. Почему женщина придумала, что это она убила мужа. Почему муж решил, что проще представить самоубийство. Стыд, потрясение, несовершенные правильные вещи, или те, которых жаждешь на краю. Апок.

Это - настоящее кино, когда на экране присутствует волшебство, герои удалены от нас изящно на расстоянии, где мы можем их наблюдать как в книге или на сцене театра, без грубости вторжения реальности, всемогущей силой преображения искусства, хоть и речь непосредственно касается всех нас, затрагивая глубоко, и можно совершать долгий критический разбор. После. А сейчас - наслаждение.

В наших поисках истины, фильму - 100 из 100.


Аннотация/Краткое содержание

По рассказу Рюноске Акутагавы «В чаще» («In the Woods»).

Один из самых гениально сконструированных фильмов всех времен. Его можно назвать памятником величию Акиры Куросавы. В этом фильме режиссер сумел объединить свой хорошо известный гуманизм с экспериментальным повествовательным стилем.

Центральная часть фильма вращается вокруг четырех различных точек зрения на изнасилование женщины и смерть ее мужа в лесу. Действие происходит в XI столетии. Фильм открывается разговором между тремя мужчинами: дровосеком (Шимура), священником (Чиаки) и простолюдином (Уеда). Все они спрятались от грозы в развалинах каменных ворот Расемон (так название рассказа Акутагавы и звучит в русском переводе). Священник рассказывает подробности суда, который он видел во дворе тюрьмы, когда была изнасилована Масаго (Кео) и убит ее муж-самурай Такехиро (Мори). По мере того, как он объясняет, зрители видят четверых подсудимых: Масаго, бандита Таджомару (Мифуне), дух Такехиро, который был вызван медиумом, и дровосека, который признается, что видел убийство. Точка зрения каждого из них излагается, причем «правда» меняется с выступлением каждого нового подсудимого.

Хотя многие называли картину фильмом о поисках истины, скорее всего дело обстоит так, как на то намекает художник самой структурой картины - как и развалины ворот Расемон, гуманность, подаваемая Куросавой, разваливается на части и ей грозит полный коллапс. Тогда как философы забавляются, утверждая, что существует множество истин, логика утверждает, что истина только одна, и, в силу этого, трое, из дающих показания персонажей, лгут. Так как интересы Куросавы лежат в первую очередь в изучении человеческой природы (а не в философии или повествовательной структуре), выходит, что «Расемон» - лента не об истине, а о человеческой погрешимости, бесчестности и эгоизме. Как и большинство фильмов Куросавы, картина поражает игрой актеров, особенно завораживает образ бандита в исполнении Тосиро Мифуне.